О счастливом бизнесе по Толстому, или Почему все хорошие компании устроены одинаково

 
Статьи
О счастливом бизнесе по Толстому, или Почему все хорошие компании устроены одинаково

Никаких особенных «ИТ-задач» — ни у сотового оператора, ни у Christian Dior, ни у сети ларьков с пивом и сигаретами, — не существует.

Да, бизнесы это все разные. А проблемы — одни и те же.

«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.»

Л.Н. Толстой, «Анна Каренина»

1. Спрашивают, может ли IEM Система решить «все ит-цели, задачи и функции» федерального сотового оператора. Или Нетфликса.

Генеральный ответ: неправильный вопрос.


2. Никаких особенных «ИТ-задач» — ни у сотового оператора, ни у Christian Dior, ни у сети ларьков с пивом и сигаретами, — не существует.

Да, бизнесы это все разные (хотя и разность их, как правило, неоправданно драматизируется). 

А проблемы — одни и те же.

Так же как все люди — разные, а болеют одинаково.

Грипп или рак, сифилис или дизентерия, — они что для пианиста Сидорова, что для сиониста...

Короче, одинаково они болеют.

И лечатся — тоже единообразно.

Если, конечно, речь идет о протоколах доказательной медицины, а не о народном целительстве/гомеопатии.


3. Как показано ранее, IEM Paradigm являет собой универсальную методологию управления бизнес-процессами произвольной социальной организации.

Более того, — единственно рабочую. Других не существует.

Дважды два равно — четыре.
И только — четыре.
Как бы по разному вы эти двоечки ни рисовали, с хвостиком или нет, знак умножения крестиком или звездочкой.
Че-ты-ре! Хоть тресни.

Все остальное — либо частные случаи в формате догадок (процессный подход в japanese management, «шесть сигм» или голдратовская «теория ограничений»), либо пустословная ерундистика — по образцу MBA-туфтологии.


4. Любое предприятие конкурентного рынка являет собой узел цепочек создания стоимости (они же бизнес-процессы).

Любое.

Что парикмахерская, что Volkswagen Group. 

Что широко известный McDonald’s, что мировой лидер в производстве гробов (чрезвычайно малоизвестная!) компания Bates.

Разница — в масштабах\сложности, но не в природе явления.

Разница — количественная, а не качественная.


5. А узел этих цепочек, в свою очередь, является именно что одним из бесчисленного множества узелков экономической ткани Социального Компьютера.

В каждый узелок входят нити (поставщики). Из каждого узелка выходят нити (потребители).

И те, и те есть у каждого бизнеса.

В каждом бизнесе сырье, покупаемое у поставщиков, путем исполнения ряда стандартизируемых (если нет — это не бизнес, а художественное ремесленничество, или просто бардак) операций, в финале превращается в готовый продукт.


6. Магистральные бизнес-процессы компании, они же цепочки создания стоимости, в IEM Системе универсально абстрагируются виртуальными конвейерами, по которым перемещается сырье, на каждом последующем этапе все более близкое к готовому продукту.

За который (выходящие из узелка ниточки) потребители платят деньги, и из которых предприятие платит деньги за сырье (входящие ниточки) своим поставщикам.

У каждого узелка есть входящие ниточки, и есть исходящие.

Входящие ниточки одного узелка являются выходящими для другого.

И вся система замкнута (в масштабе человечества) — с инопланетянами мы пока не торгуем.

Не может быть узла, у которого нет входящих (или исходящих) нитей.

Так же, как немыслим бизнес без поставщиков и/или без потребителей.

Это очень просто, господа.


7. Посмотрите на носок, или рубашку.

Попытайтесь обнаружить уникальные отличия произвольно взятого узелка от любого другого.

«Специфику,» то бишь, «бизнеса».

Получилось?


8. Теперь вы вполне готовы дать авторитетный ответ на вопрос, решает ли IEM Система «все ИТ-задачи, цели и функции» предприятия Х.

Где Х — любой.


P.S. Факультатив повышенной сложности.

Более богатой аналогией для переплетения глобальных цепочек создания стоимости является система кровообращения.

Каждое предприятие — сердце. В определенном ритме засасывающее, и выталкивающее кровь.

Вспомним, что по направлению течения (от, или к сердцу) кровь делится на артериальную (готовая продукция в направлении потребителей), и венозную (закупаемое сырье от поставщиков).

Денежные потоки мировой экономики могут быть также представлены в этой параллели (помните, «деньги — кровь экономики»?).

Исходящие из предприятия денежные потоки (поставщикам товаров\услуг) — деньги артериальные, входящие в сердце-предприятие деньги от потребителей — деньги венозные.

В экономической сети человечества — десятки и сотни миллионов сердец-предприятий.

В областях, где эти сердца здоровы и работают синхронизированно — богатство и процветание. Стандартизированное счастье по Толстому.

Там же, где много больных сердец, и/или толкающих деньги/товары в разнобой — разноформатные кризисы неизбежны.

Сердечная недостаточность, пороки сердца, тромбы, атеросклероз сосудов, тахикардия, инфаркт…

Каждая такая область планетарной экономики будет несчастной по своему.

При этом, обратите внимание, «область» — не обязательно (и даже, как правило, — не) географическая.

Сердечные области выделяются по критерию близости отдельных сердец-предприятий в глобальных цепочках создания стоимости.

Так, Foxconn и Apple, подобно двойной звезде-гиганту, — два соседних свермощных сердца.

Притом что географически-юридически они находятся в разных полушариях.

February 08, 2019