Social Computer. Как работает рынок с точки зрения кибернетики

Social Computer. Как работает рынок с точки зрения кибернетики
Управление экономикой механизмом свободного рынка гарантирует наилучшие возможные результаты в долгосрочной перспективе.
​​​
В каждый конкретный момент компетентный диктатор может принять намного более эффективное решение, нежели (как бы) стихийно складывающееся в процессе социальных вычислений.

При этом любая сколь угодно совершенная диктатура в долгосрочном периоде проиграет свободной экономике со сколь угодно некомпетентными политическими лидерами.

1. Рыночный механизм — социальный компьютер.

Сеть из миллионов естественных интеллектов, соединяемых добровольными экономическими отношениями, ведет непрерывное вычисление, решающее задачу оптимального распределения ресурсов между индивидуумами.

Каждый из которых, в свою очередь, является единичным «социальным процессором» социального компьютера рынка.

Назовем такие вычисления «социальными вычислениями» (social computing).

Уровень цен и заработных плат, ставка кредита и страховых премий, рост и падения рынков, рождение и смерть целых отраслей — все это результаты социальных вычислений.

Близкий по смыслу термин — «каталлактика» Мизеса — Хайека
 

2. Рыночный компьютер — наиболее сложная управляющая система из когда либо созданных человечеством.

Миллионы (глобально — миллиарды) настоящих интеллектов. В то время как все сегодняшние компьютеры мира вместе взятые, не достигли сложности интеллекта одного человека.

Соединенные и переплетенные немыслимым количеством социальных связей немыслимого же разнообразия, по сравнению с которым Интернет — конструктор Лего перед человеческим организмом.

Менее очевидно, однако, что социальный компьютер свободного рынка одновременно заключает в себе и предел сложности управляющей системы, которая может быть построена человечеством.

Максимально возможная сложность приводит к максимально возможной эффективности.

Таким образом, социальный компьютер свободного рынка является наиболее эффективной управляющей системой из всех возможных.

И — совершенно бесплатной.

Доступной всем и каждому.

При наращивании размера рынка сложность его социального компьютера (и эффективность вычислений) увеличиваются экспоненциально.

Именно поэтому эффективность рынка тем больше, чем больше «в нем» людей и товаров.
 

3. СК сочетает в себе одновременно свойства как классического цифрового электронного, так и квантового компьютера.

С квантовым компьютером СК роднит вероятностная природа вычислений: через «обсчет» множества вариантов.

Но если квантовый компьютер (в интерпретации Эверетта-Дойча) проверяет альтернативы в «параллельных Вселенных» Мультиверса — в каждой свой вариант — то социальный компьютер тестирует варианты через разнообразие решений, независимо (и, статистически, случайно) принимаемых каждым интеллектом-узлом сети СК.

С цифровым электронным компьютером же СК роднит проведение вычислений во времени (квантовый компьютер считает, грубо говоря, мгновенно).

Так, рынку для нахождения локально-устойчивого состояния требуется время: тем большее, чем масштабнее и многообразнее по последствиям событие, вызвавшее необходимость «пересчета» равновесия.

Таких разного масштаба событий ежедневно происходят десятки миллиардов (предположим глобальный свободный рынок человечества): от покупки гамбургера в Макдональдсе в Асунсьоне до банкротства Lehman Brothers.
 

4. Именно поэтому в идеально устойчивом состоянии (и идеальной, соответственно, эффективности) могут находится только локально-изолированные рынки.

В общем случае широкий рынок должен находится в неустойчивом состоянии — но в окрестности точки стабильности.

Иными словами, максимально достижимая эффективность социального компьютера рынка вовсе не гарантирует оптимального состояния отдельно взятого рынка в каждый момент времени.

Скорее наоборот.

Но: управление экономикой механизмом свободного рынка гарантирует наилучшие возможные результаты в долгосрочной перспективе.

В каждый конкретный момент компетентный диктатор может принять намного более эффективное решение, нежели (как бы) стихийно складывающееся в процессе социальных вычислений.

При этом любая сколь угодно совершенная диктатура в долгосрочном периоде проиграет свободной экономике со сколь угодно некомпетентными политическими лидерами.
 

5. Из предыдущего понятна наивность попыток «государственного планирования».
 

6. Приметим слона.

Ровно то же «планирование» проповедуется MBA-авторитетами в корпоративной практике (парадигма ERP — enterprise resource planning). 

Вопрос: почему то, что не работает в «большой» экономике, должна работать на уровне компании?

Так оно и не работает.
 

7. Как мы уже писали ранее, классическая бюрократическая иерархия «отделов» и «департаментов» привычных корпораций — плод ошибочного (и, как обычно, случайного) выбора полуторавековой давности.

Каковы шансы вашего «аналитического департамента» вместе с «планами продаж» обскакать самую сложную управляющую систему из известных человечеству?

Угу.

А в рулетку на «зеро» — один из 35.

Именно поэтому парадигма Intelligent Enterprise Managing предписывает управление рынком.

Или, проще говоря:

«Сим победиши».
 

P.S. Именно Социальный Компьютер является несущим эфиром для распространения рыночных мемов — примерно как через наш Интернет распространяются компьютерные вирусы.

Об этом подробнее во второй части: Солярис. Social Computer в меметическом разрезе. Кибернетика «спирали истории»
 

P.P.S. Дополнительно для глубже интересующихся.

Скорость вычислений СК (и их мгновенная эффективность) очевидно зависит от:

  • плотности связей сети экономических взаимодействий
  • скорости передачи взаимодействий между узлами (от глиняных табличек до Интернета)

Чем больше оба параметра, тем быстрее «считает» СК и тем, соответственно, более эффективны рынки в каждый конкретный момент времени (тем меньше среднее отклонение рыночных параметров от их теоретически идеального значения).

Социальный компьютер, в целом, является эмерджентным феноменом.

Он не работает при плотности контактов и скорости передачи взаимодействий ниже какого то уровня.

Так, Робинзон Крузо на своем острове, обладая полной свободой, рынка не сформировал.

И вместе с Пятницей тоже.

Кроме того, даже достаточно плотный экономически социум с достаточно быстрыми интерперсональными взаимодействиями не всегда может вести социальные вычисления.

Третий необходимый компонент — рациональное принятие решений.

Термин «рациональное» общепринят, но формально неверен: отдельно взятый индивидуум иррационален в общем случае.

Скорее речь надо вести о принятии решений «в здравом уме и твердой памяти».

Ни о какой рациональности в периоды, допустим, биржевых пузырей и банковских паник, или социальных революций, и речи быть не может.

Именно поэтому, например, закрытие банков и бирж в периоды панических атак вовсе не является нерыночной мерой: ибо рынка в этот момент не существует.

Как иррациональность на уровне человека гарантирует наилучшие возможные результаты в масштабе рынков?

Физическая аналогия.

Ровную гладкую поверхность воды (в спокойном состоянии) на микроскопическом уровне образует хаотическое движение миллиардов молекул.

Случайные взаимодействия которых уравновешивают друг друга в идеальное зеркало поверхности, которое мы видим глазами.

Аналогично, идеальная математическая эффективность социальных вычислений вытекает из суперпозиции случайных отклонений от «среднего» миллиардов индивидуальных воль, страстей и намерений.

При этом чем больше отклонений от «нормы» — тем больше шансов на появление инноваций (а это, как и выдающийся предпринимательских успех, в основном случайность), и их последующую репликацию внутри СК.

Предыдущий абзац — кибернетическое обоснование требования максимизации разнообразия (толерантности) общества.

Максимизации до тех естественных пределов, пока это не затрагивает независимость функционирования социальных процессоров СК.

То бишь, — индивидуальную свободу.

December 29, 2017 by John Galt